Святитель Феофан, Затворник Вышенский: житие, книги, о чем молятся епископу

Феофан Затворник – святой для новоначальных

29 июня — день памяти святителя Феофана Затворника Вышенского, которого называют одним из самых влиятельных духовных писателей XIX века, автора более шестидесяти произведений, учителя христианской жизни, письма и сочинения которого сейчас в первую очередь рекомендуют новоначальным. За легкость изложения мысли, близость к простому человеку и в то же время — духовную и житейскую мудрость.

“Пусть не думают, что в области веры нет философии… Нет, совокупность истин веры есть самая стройная, возвышенная философия, утешительная философия, система настоящая, какой не представляет ни одна система философии. Только до созерцания сей системы нельзя взойти вдруг. Надо чисто принимать истину за истиной, как преподается, без суемудрия, и слагать их в сердце…”

Святитель Феофан родился 10 января 1815 года в Орловской губернии. В миру он звался Георгием Васильевичем Говоровым, был сыном священника Владимирской церкви. Еще в детстве будущего святителя отличали весьма светлый, пытливый ум, быстрота соображения и живая наблюдательность. И впоследствии в своих рассуждениях он всегда был чужд схоластике, сохранял самобытность. При этом в характере святителя Феофана преобладали такие черты, как мягкосердечие, миролюбие и некоторая даже застенчивость. В общении с людьми он оставлял у них приятное впечатление, нравились его сердечность, своеобразие, чувство юмора, образованность, тонкий ум. Говорили, что глаза святителя были воистину зеркалом его души: в детстве и юности искрившиеся живым блеском, потом они светились тихим светом глубокой задумчивости, любви и участия к ближнему.

Окончив Ливенское духовное училище, Георгий Говоров поступил в Орловскую духовную семинарию, которую с успехом закончил в 1837 году. Высшее образование он получил в Киевской Духовной Академии, где его запомнили как скромного и благочестивого юношу. За несколько месяцев до окончания курса Георгий Васильевич принял монашеский постриг. Вскоре его посвятили в иеродиаконы, а затем — в иеромонахи.

Читайте также: Архиепископ Лука: святой и врач

Получив по окончании курса в Академию титул магистра богословия, иеромонах Феофан был назначен ректором Киево-Софийских училищ и преподавателем латинского языка. “Воспитание из всех святых дел — самое святое…” — так писал он, будучи уверенным в том, что самое главное — воспитать в учащихся живую веру и ни в коем случае не подходить к преподаванию формально и рассудочно. “Нет ничего ядовитее и гибельнее для духа христианской жизни, как эта научность и исключительная о ней забота. Она прямо ввергает в охлаждение и потом навсегда может удержать в нем…”

В 1847 году отец Феофан в составе Русской Духовной Миссии был направлен в Иерусалим, где и пробыл до 1853 года. “Вид Палестины, ее холмов и долин, светлых озер и источников удивительно ярко воскрешает в нашем сознании библейские события, — писал епископ Александр (Милеант) в жизнеописании святителя Феофана Затворника. — Можно представить, как богато питалась душа о. Феофана священными воспоминаниями. Его влекло в древние обители Палестины, в знаменитую Лавру св. Саввы Освященного… Там он мог и слышать поучительные рассказы и сам наблюдать уединенную жизнь подвижников. В 1855 году он стал настоятелем посольской церкви г. Константинополя, где многое узнал об Афоне и тамошних подвижниках”.

Здесь, на Востоке, будущий святитель основательно изучил греческий и французский языки, ознакомился с еврейским и арабским.

В 1859 году архимандрита Феофана посвящают в епископский сан, с назначением на Тамбовскую кафедру, где он и прослужил до 1863 года. Затем его переводят во Владимир. Здесь он открывает женское епархиальное училище и начинает издавать “Владимирские епархиальные ведомости”. Владыка Феофан исполнял служение архипастыря со всей своей добросовестностью. Он постоянно служил, проповедовал, ездил по епархии с целью личного знакомства с паствой, заботился о храмах и духовно-учебных заведениях, открывал церковно-приходские школы.

Горячо почитавший святителя Тихона Задонского, владыка Феофан сподобился присутствовать при открытии его мощей. И как святитель Тихон, оставив Воронежскую кафедру, удалился в Задонск, в затвор, так и святитель Феофан решил всего себя посвятить монашескому служению.

Читайте также: Протопоп Аввакум — мученик за обряд

Будучи уволенным в 1866 году по своему прошению на покой, в 1871 году владыка Феофан сделался полным затворником в Успенской Вышенской пустыни Тамбовской губернии. Бедная, затерявшаяся в лесах обитель, тихие монастырские стены… Отделив часть гостиной, святитель Феофан устроил для себя церковку, иконостасом которой служила простая занавесь из дешевой материи. В своей келье он принимал только келейника, духовника и настоятеля обители. Со временем затвор становился все строже, и даже подышать свежим воздухом на балкон своего флигелька подвижник выходил так, чтобы его никто не видел.

Когда о подвижническом образе жизни затворника разнеслись вести по России, изо всех ее уголков к нему потекли письма. Не нарушая затвора, святитель Феофан писал ежедневно около сорока ответных писем. В них он давал советы, подбадривал, утешал, вразумлял, отвечал на множество вопросов.

“…проследи все, что было с тобою. Увидишь многократные избавления Божии от бед и падений… Сокровенных Божиих благодеяний гораздо более, нежели явных. Сокровенны они потому, что невидимы бывают в то время, когда даются и усматриваются после”.

“Умное, с благоговением, обращение к Богу из сердца есть уже молитва”.

“Как избегать скуки. 1. Эстетические занятия: музыка, пение, живопись. 2. Какое-нибудь рукоделье — вязанье, вышиванье и подобное. 3. Но лучшее средство против скуки — найти вкус в серьезном чтении и изучении предметов, не узнанных еще”.

“Делайте с усердием то, что Вам велят. Но хлопотать — не хлопочите. Хлопоты (забота) сопровождаются всположением всего внутреннего, а это вещь недолжная. Разве нельзя все порученное обсудить спокойно, а потом и делать его, нисколько не полошась, с мыслию собранною?”.

“Детей отчуждение — дивно. Но посмотрите, не вы ли виноваты в том. Если вы то за чтением, то за рукоделием, а детьми мало занимаетесь, так что они не видят от вас ласки… то что дивного, что они отчуждаются от вас?…”

“Детей вразумлять есть долг родителей, — стало, и ваш. И бояться чего? Слово любовное никогда не раздражает. Командирское только никакого плода не производит”.

“Переменчивость чувств так нам свойственна. Ее надобно сносить и перетерпливать, об одном заботясь, чтобы не переменялось, а всегда в силе пребывало главное решение — цель жизни, которую Вы себе избрали”.

О жизни святителя в полном затворе мы знаем немного. В первые десять лет он по воскресным и праздничным дням совершал Божественную литургию в келейной церковке во имя Богоявления Господня. В последующие годы стал служить ежедневно в одиночестве, как сказал один инок — “в сослужении ангелов”. Он постоянно поминал в молитвах тех, кто просил об этом — после смерти святителя в алтаре церковки нашли мешочек, наполненный записками с именами.

Святитель получал пенсию перед праздниками Рождества Христова и Пасхи, но себе оставлял лишь на самое необходимое, все остальное рассылал по почте нуждающимся. Другим он безвозмездно рассылал свои книги. “Не говори требующему помощи: приди завтра; — наставлял подвижник, — сделай для него сейчас, что можешь. И просить себя долго не заставляй, это похоже на торг”.

В находившемся рядом с келейной церковью рабочем кабинете святитель Феофан Затворник изучал святоотеческую литературу, писал письма и собственные сочинения, он истолковывал Священное Писание, переводил творения учителей Церкви.

Святитель отмечал: “Писать — это служба Церкви нужная. Лучшее употребление дара писать и говорить есть обращение его на вразумление грешников”. И потому-то его письма были так многочисленны, некоторые представляли собой целые трактаты. Преосвященный Феофан постоянно пополнял свою из без того обширную библиотеку, выписывая русские и иностранные книги. В ней были “История России” Соловьева, “Всемирная история Шлоссера”, сочинения Гегеля, Фихте, Якоби, Ульрици, энциклопедический словарь, богословская энциклопедия на французском языке в 150 томах и многое другое. Ибо, как говорил святитель, “Бог открывает Себя в природе и истории так же, как и в Слове Своем. И они суть книги Божии для тех, кто умеет читать”. Святой Феофан Затворник неустанно следил за развитием современной общественной мысли, особенно церковной.

Но, конечно преобладали в библиотеке святителя книги духовного содержания — у него было замечательное их собрание.

Так, в молитве и труде проходила жизнь Вышенского затворника. Он был очень неприхотлив, как истинный монах, не только в быту, но и в еде — в последние годы жизни его обед состоял только из яйца и стакана молока. Сам святитель Феофан глубоко сознавал высоту подвига полного затвора и поэтому других иноков предостерегал от поспешности в его принятии. “Можно и при затворенных дверях по миру шататься, или целый мир напустить в свою комнату”, — писал он в одном из писем.

“В чем все дело заботливости о спасении души?” — спрашивает святитель Феофан. — “В том, чтобы иметь Бога своим Богом и себя сознавать Божиим”.

Епископ Феофан признавал в человеке три составные части: дух, душу и тело, и видел в духе образ Божий, запечатленный Творцом в Его создании. Святитель считал, что дух должен властвовать над душой и телом — в страхе Божием, в совести и стремлению к лучшему: “душа совершает дела не потому, что они нужны, полезны и приятны, но потому, что они хороши, добры и справедливы”. “На природу никогда не следует ссылаться, или на нее опираться, безусловно, — ибо она совмещает в себе смесь должного с недолжным. Поэтому, перерабатывая себя, надо не на природу смотреть, а на норму совершенства, предлагаемую христианством” (Письма к разным лицам о разных предметах веры и жизни).

Заглавия сочинений преосвященного Феофана — “Письма о духовной жизни”, “Путь ко спасению”, “Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться” — показывают, что главным для него было раскрыть перед людьми важность духовной жизни, явить путь к ней — путь постепенного одухотворения человека.

Святитель Феофан мирно почил 6 января 1894 года, в праздник Крещения Господня. Смерть он встретил спокойно — так же, как и ожидал. Во время облачения улыбка просияла на его лице. Его тело до погребения три дня простояло в его келейной церкви, затем еще три дня в теплой соборной обители — и тление его не коснулось: почивший святитель выглядел, словно спокойно спящий человек. Отовсюду стекались десятки тысяч верующих отдать последний долг усопшему. Погребен подвижник был в Казанском соборе Вышенской пустыни, над его могилой воздвигли великолепный мраморный памятник с начертанными на нем названиями его главных трудов.

За годы советской власти Успенская Вышенская пустынь была практически полностью разрушена, мощи святителя Феофана Затворника перенесли в единственную тогда близлежащую действующую церковь в селе Эммануиловка.

Канонизирован святитель Феофан Затворник был в 1988 году, как подвижник веры и благочестия, оказавший глубокое влияние на духовное возрождение общества своими многочисленными творениями, которые могут рассматриваться чадами Церкви как практическое пособие в деле христианского спасения.

29 июня 2002 года состоялось торжественное перенесение мощей святителя Феофана обратно в Вышенскую обитель. Церемонию возглавлял Предстоятель Русской Православной Церкви, Патриарх Московский и всея Руси Алексий II.

“Память праведника пребудет благословенна”, — говорит премудрый (Притч. 10:7). И сам святитель Феофан сказал в одном из своих сочинений — “Мысли на каждый день”: “Умершие продолжают и на земле жить — в памяти живущих, через добрые дела свои”.

Фото превью: pravoslavnaya-biblioteka.ru

Добавьте “Правду.Ру” в свои источники в Яндекс.Новости или News.Google, либо Яндекс.Дзен

Быстрые новости в Telegram-канале Правды.Ру. Не забудьте подписаться, чтоб быть в курсе событий.

Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

  • Патриарх
  • Новости
  • Документы
  • Межсоборное присутствие
  • Публикации
  • Организации
  • Персоналии
  • Фото
  • Видео
  • Аудио
  • Анонсы
  • Тысячелетие преставления равноапостольного князя Владимира

  • Архиерейский Собор-2021
  • Архиерейский Собор-2017
  • Архиерейский Собор-2016
  • Архиерейский Собор-2013
  • Архиерейский Собор-2011
  • Поместный Собор-2009
  • Архиерейский Собор-2009
  • Патриарх
  • Высший Церковный Совет
  • Межсоборное присутствие
  • Синодальные учреждения
  • Московская Патриархия
  • Епархии и Экзархаты
  • Поместные Церкви
  • Церковь и государство
  • Церковь и общество
  • Наука и образование
  • Издательства и СМИ
  • Памятные даты
  • Старообрядчество
  • Межрелигиозные отношения
  • Инославие

Главные новости

В Неделю о блудном сыне Святейший Патриарх Кирилл совершил Литургию в Александро-Невском скиту
Предстоятель Русской Церкви совершил панихиду по приснопамятному Святейшему Патриарху Алексию II
Святейший Патриарх Кирилл поздравил Президента России В.В. Путина и министра обороны РФ С.К. Шойгу с Днем защитника Отечества
В Неделю о мытаре и фарисее Святейший Патриарх Кирилл совершил Литургию в Александро-Невском скиту
Святейший Патриарх Кирилл поздравил митрополита Порфирия с избранием на Сербский Патриарший престол

Архив

  • PDA-версия сайта
  • Наши баннеры
  • Экспорт новостей
  • Список печатных СМИ, получивших гриф “Одобрено Синодальным информационным отделом Русской Православной Церкви”

22 января — память святителя Филиппа, митрополита Московского

Святитель Филипп, митрополит Московский, в миру Феодор, родился в 1507 году и происходил из знатного боярского рода Колычевых, занимавших видное место в Боярской думе при дворе московских государей. Мать его, овдовев, стала монахиней и основала в Москве Варсонофьевский монастырь.

Будущий святитель Филипп жил сначала при дворе государя, но в 1537 голу после участия в мятеже удельного князя Андрея Старицкого бежал в Соловецкий монастырь, где принял монашество. В 1548 году стал игуменом и среди духовенства выделялся суровым, непреклонным характером. В этом сане он ревностно заботился о благосостоянии обители в материальном, а больше — в нравственном отношении.

Стремясь опереться на церковный авторитет, в 1565 году Иван Грозный предложил ему занять пост митрополита. Филипп соглашался при условии отмены царем опричнины. Иван Грозный сумел уговорить Филиппа, чтобы тот не вмешивался в государственные дела, но зато получил право «советования» с государем, включавшее возможность «печалования» за опальных.

В первое время святительства Филиппа (1567-1568 гг.) утихли ужасы опричнины, но так было недолго. Вскоре опять начались грабежи и убийства мирных граждан, Русь пришла в великое неустройство. Митрополит несколько раз в уединенных беседах с царем старался вразумить его, но, видя, что убеждения помогают, решился действовать открыто, призвав Грозного к милосердию публично.

В марте перед Великим постом, в неделю Крестопоклонную, царь в черной одежде опричника пришел к Литургии в Успенский собор и просил митрополита Филиппа благословить его. Тот отказался, осудив самозванное иночество Грозного. Задыхаясь от гнева, вышел Грозный из собора.

В ноябре 1568 года послушные царю иерархи на церковном Соборе признали Филиппа виновным в колдовстве и чародействе, что не соответствовало действительности. Через три дня на Литургию в Успенский собор Кремля ворвались опричники, содрали с Филиппа ризы и с позором потащили вон из храма, посадили на повозку и повезли за пределы города. Иные же ругались над ним и били метлами. А народ московский, забыв о страхе, с плачем бежали за ним.

Митрополит был заточен в Богоявленский монастырь, а потом свезен в Тверской Отрочь монастырь. Здесь, по приказу Ивана Грозного, 3 декабря 1569 года он был задушен главой опричников Малютой Скуратовым. Нетленные его мощи были погребены в Соловецком монастыре, а потом, усердием царя Алексея Михайловича, перевезены в Москву и положены в Успенском соборе Кремля. В 1648 году он был причислен к лику святых.

ФИЛИПП МОСКОВСКИЙ

Сщмч. Филипп Московский, икона XX века, из Трапезного Сергиевского храма Троице-Сергиевой лавры.

Филипп II (Колычев) (1507 – 1569), митрополит Московский и всея Руси, святитель

Память 9 января перенесенная со дня кончины 23 декабря, 30 мая в память обретения мощей в 1646 году [1], 31 мая в память перенесения мощей на Соловки, 3 июля в память перенесения мощей в Москву, в Соборе Московских святителей, а также в Соборах Архангельских святых, Московских и Тверских святых

В миру Феодор, происходил из знатного боярского рода Колычевых, занимавших видное место в Боярской думе при дворе московских государей. Он родился в 1507 году. Его отец, Степан Иванович, “муж просвещенный и исполненный ратного духа”, попечительно готовил сына к государственному служению. Благочестивая Варвара, мать Феодора, кончившая свои дни в иночестве с именем Варсонофия, сеяла в душе его семена искренней веры и глубокого благочестия. Юный Феодор Колычев прилежал к Священному Писанию и святоотеческим книгам, на которых зиждилось старинное русское просвещение, совершавшееся в Церкви и в духе Церкви. Великий князь Московский, Василий III Иоаннович, отец Иоанна Грозного, приблизил ко двору молодого Феодора, которого, однако, не манила придворная жизнь. Сознавая ее суетность и греховность, Феодор все глубже погружался в чтение книг и посещение храмов Божиих. Жизнь в Москве угнетала молодого подвижника, душа его жаждала иноческих подвигов и молитвенного уединения. Искренняя привязанность к нему юного княжича Иоанна, предвещавшая большое будущее на поприще государственного служения, не могла удержать в граде земном взыскующего Града Небесного.

Монашество

В воскресный день, 5 июня 1537 года, в храме, за Божественной литургией, Феодору особенно запали в душу слова Спасителя: “Никто не может работать двум господам” (Мф. 6, 24), решившие его дальнейшую судьбу. Усердно помолившись Московским чудотворцам, он, не прощаясь с родными, тайно, в одежде простолюдина покинул Москву и некоторое время укрывался от мира в деревне Хижи, близ Онежского озера, добывая пропитание пастушескими трудами. Жажда подвигов привела его в знаменитый Соловецкий монастырь на Белом море. Там он исполнял самые трудные послушания: рубил дрова, копал землю, работал на мельнице. После полутора лет искуса игумен Алексий, по желанию Феодора, постриг его, дав в иночестве имя Филипп и вручив в послушание старцу Ионе (Шамину), собеседнику преподобного Александра Свирского. Под руководством опытных старцев инок Филипп возрастает духовно, усиливает пост и молитву. Игумен Алексий посылает его на послушание в монастырскую кузницу, где святой Филипп с работой тяжелым молотом сочетает делание непрестанной молитвы. К началу службы в храме он всегда являлся первым и последним выходил из него. Трудился он и в хлебне, где смиренный подвижник был утешен небесным знамением. В обители показывали после образ Богоматери “Хлебенный”, чрез который Заступница Небесная явила Свое благоволение смиренному Филиппу-хлебнику. По благословению игумена, святой Филипп некоторое время проводит в пустынном уединении, внимая себе и Богу.

Игумен Соловецкий

В 1548 году в Новгороде Великом архиепископ Феодосий посвятил Филиппа во игумена Соловецкой обители. Новопоставленный игумен старался всеми силами поднять духовное значение обители и ее основателей – преподобных Савватия и Зосимы Соловецких. Он разыскал образ Божией Матери Одигитрии, принесенный на остров первоначальником Соловецким, преподобным Савватием, обрел каменный крест, стоявший когда-то перед келлией преподобного. Были найдены Псалтирь, принадлежавшая преподобному Зосиме, первому игумену Соловецкому, и ризы его, в которые с тех пор облачались игумены при службе в дни памяти чудотворца. Обитель духовно возрождалась. Для упорядочения жизни в монастыре был принят новый устав. Святой Филипп построил на Соловках два величественных храма – трапезный храм Успения Божией Матери, освященный в 1557 году, и Преображения Господня. Игумен сам работал как простой строитель, помогая класть стены Преображенского собора. Под северной папертью его он ископал себе могилу, рядом с могилой своего наставника, старца Ионы. Духовная жизнь в эти годы процветает в обители: учениками святого игумена Филиппа были и при нем подвизались среди братии преподобные Иоанн и Лонгин Яренгские, Вассиан и Иона Пертоминские.

Для тайных молитвенных подвигов святой Филипп часто удалялся на безмолвие в глухое пустынное место, за две версты от монастыря, получившее впоследствии название Филипповой пустыни. Но Господь готовил святого угодника для иного служения и иного подвига. В Москве о соловецком отшельнике вспомнил любивший его когда-то в отроческие годы Иоанн Грозный. Царь надеялся, что найдет в святителе Филиппе верного сподвижника, духовника и советника, который по высоте монашеской жизни ничего общего не будет иметь с мятежным боярством. Святость митрополита, по мнению Грозного, должна была одним кротким духовным веянием укротить нечестие и злобу, гнездившуюся в Боярской думе. Выбор первосвятителя Русской Церкви казался ему наилучшим.

Митрополит Московский

Святитель долго отказывался возложить на себя великое бремя предстоятеля Русской Церкви. Духовной близости с Иоанном он не чувствовал. Он пытался убедить царя уничтожить опричнину, Грозный же старался доказать ему ее государственную необходимость. Наконец, Грозный царь и святой митрополит пришли к уговору, чтобы святому Филиппу не вмешиваться в дела опричнины и государственного управления, не уходить с метрополии в случаях, если царь не сможет исполнить его пожеланий, быть опорой и советником царя, как были опорой московских государей прежние митрополиты. 25 июля 1566 года свершилось посвящение святого Филиппа на кафедру Московских Святителей, к сонму которых предстояло ему вскоре присоединиться.

Но новая волна жесточайших казней, случившаяся в 1567-1568 годах, привела к решению святителя противостать Грозному.

Обличение Святителем царя

Осенью 1567 года, едва царь выступил в поход на Ливонию, как ему стало известно о боярском заговоре. Изменники намеревались захватить царя и выдать польскому королю, уже двинувшему войска к русской границе. Иоанн Грозный сурово расправился с заговорщиками и вновь пролил много крови. Грустно было святому Филиппу, но сознание святительского долга понуждало его смело выступить в защиту казненных. Окончательный разрыв наступил весной 1568 года. В Неделю Крестопоклонную, 2 марта 1568 года, когда царь с опричниками пришел в Успенский собор, как обычно, в монашеских облачениях, святитель Филипп отказался благословить его, но стал открыто порицать беззакония, творимые опричниками: “учал митрополит Филипп с государем на Москве враждовати об опричнине”. Обличение Владыки прервало благолепие церковной службы. Грозный в гневе сказал: “Нам ли противишься? Увидим твердость твою! – Я был слишком мягок с вами”, – добавил царь, по свидетельству очевидцев.

Церковный суд над Святителем

Царь стал проявлять еще большую жестокость в преследовании всех противившихся ему. Казни следовали одна за другой. Участь святителя-исповедника была решена. Но Грозный хотел соблюсти канонический порядок. Боярская дума послушно вынесла решение о суде над Главой Русской Церкви. Над митрополитом Филиппом был устроен соборный суд в присутствии поредевшей Боярской думы. Нашлись лжесвидетели: к глубокой скорби святителя, это были иноки из возлюбленной им Соловецкой обители, его бывшие ученики и постриженики. Святого Филиппа обвиняли во множестве мнимых преступлений, до колдовства включительно. “Я – пришелец на земле, как и все отцы мои, – смиренно отвечал святитель, готов страдать за истину”. Отвергнув все обвинения, святой страдалец пытался прекратить суд, объявив о добровольном сложении митрополичьего сана. Но отречение его не было принято. Мученика ждало новое поругание.

Заточение

Уже по вынесении приговора о пожизненном заточении в темнице, святого Филиппа заставили служить Литургию в Успенском соборе. Это было 8 ноября 1568 года. В середине службы в храм ворвались опричники, всенародно зачитали соборное осуждение, порочившее святителя, сорвали с него архиерейское облачение, одели в рубище, вытолкали из храма и на простых дровнях отвезли в Богоявленский монастырь. Мученика долго томили в подвалах московских монастырей, ноги старца забивали в колодки, держали его в оковах, накидывали на шею тяжелую цепь. Наконец, отвезли в заточение в Тверской Отрочь монастырь.

Кончина

23 декабря 1569 года святитель принял мученическую кончину от руки Малюты Скуратова. Еще за три дня святой старец предвидел окончание своего земного подвига и причастился Святых Таин. По преданию, Малюта с лицемерным смирением подошел к святителю и просил благословения царю. “Не кощунствуй, — сказал ему святой Филипп, — а делай то, зачем пришел”. Малюта бросился на святителя и задушил его. Тотчас же вырыли могилу за алтарем храма и опустили в нее священномученика на глазах Малюты.

Почитание

По прошению Соловецкого игумена Иакова, которое было представлено от имени всей братии благоверному царю Феодору Иоанновичу в 1591 году, 11 августа того года мощи игумена-святителя были перенесены в Соловецкий монастырь. Память святителя Филиппа праздновалась Русской Церковью с 1591 года в день его мученической кончины – 23 декабря.

В 1646 году Соловецкий игумен Илия получил грамоты от патриарха Иосифа и царя Алексея Михайловича с торжественным повелением открыть мощи святителя Филиппа. Мощи торжественно поставили в Спасо-Преображенском соборе монастыря. В 1652 году, 3 июля, по царскому указу состоялось перенесение мощей угодника Божия в Успенский собор Московского Кремля. В монастырь для этого прибыло посольство во главе с соловецким постриженником митрополитом Новгородским Никоном, будущим патриархом, который привёз грамоту, в которой царь, излагая свое пожелание видеть мощи святителя в Москве, просит у великого подвижника прощения своему предку. С 1660 года празднование памяти святого было перенесено на 9 января.

Критика житийной традиции

Известно, что соловецкое “Житие Митрополита Филиппа”, лежащее в основе распространенных ныне версий жития святителя, было написано личными врагами святителя, которые за клевету на него были заточены царем на покаяние в Соловецкий монастырь. Так, один из ведущих специалистов-историков в области исследования источников XVI века, Р. Г. Скрынников указывает, что: “авторы его не были очевидцами описываемых событий, но использовали воспоминания живых свидетелей: «старца» Симеона (Семена Кобылина) и соловецких монахов, ездивших в Москву во время суда над Филиппом“. «Монахи, ездившие в Москву» были теми самыми, которые стали лжесвидетелями на суде против своего игумена. Их показания послужили единственным основанием для осуждения Собором митрополита Филиппа. «Старец» Симеон был приставом, которому было поручено охранять жизнь святителя в Отрочем монастыре и по чьей преступной халатности, согласно летописи Тверского Отроча монастыря, «святитель неизвестно кем был задушен в своей келье».

Святитель Димитрий Ростовский, который тщательнейшим образом изучил все имевшиеся факты и документы по данному вопросу, составил житие святого Филиппа где нигде не упоминается о том, что царь Иоанн Грозный как-либо причастен к кончине митрополита. В начале XX века профессора, участвовавшие в переводе Четьих Миней святителя Димитрия на русский язык, вместо жития Димитрия Ростовского вставили в русскоязычное издание дополненное Карамзиным «соловецкое житие».

Молитвы

Тропарь святителям Московским: Петру, Алексию, Ионе, Филиппу и Ермогену

Первопристольницы Российстии, / истинии хранителие апостольских преданий, / столпи непоколебимии, Православия наставницы, / Петре, Алексие, Ионо, Филиппе и Ермогене, / Владыку всех молите / мир вселенней даровати, / и душам нашим велию милость.

Тропарь Филиппу II, митр. Московскому и всея России чудотворцу

Первопрестольников преемниче, столпе Православия, / истины поборниче, новый исповедниче, святителю Филиппе, / положивый душу за паству твою. / Темже яко имея дерзновение ко Христу, / моли за град же и люди, чтущия достойно светлую память твою.

Тропарь на перенесение мощей

Радостный возсия день светлаго торжества: / днесь церковная расширяются недра, / приемлюще духовных даров неоскудеемо боготворное сокровище, / струю благодатей неисчерпаемую, / источника чудесем обильна, / чудотворивыя и священныя мощи твоя, / святителю Филиппе. / Темже моли прославившаго тя Дародателя Христа Бога / о воспевающих тя / и кланяющихся священным мощем твоим.

Святитель Филипп II (Колычев) , митрополит Московский и всея Руси

Дни памяти

3 июня – Собор Карельских святых

11 июля (переходящая) – Собор Новгородских святых

18 июля (переходящая) – Собор Тверских святых

22 августа – Собор Соловецких святых

18 октября – Собор Московских святителей

1 ноября – Собор святых Архангельской митрополии

Житие

Свя­ти­тель Филипп, мит­ро­по­лит Мос­ков­ский, в ми­ру Фе­о­дор, про­ис­хо­дил из знат­но­го бо­яр­ско­го ро­да Ко­лы­че­вых, за­ни­мав­ших вид­ное ме­сто в Бо­яр­ской ду­ме при дво­ре мос­ков­ских го­су­да­рей. Он ро­дил­ся в 1507 го­ду. Его отец, Сте­пан Ива­но­вич, “муж про­све­щен­ный и ис­пол­нен­ный рат­но­го ду­ха”, по­пе­чи­тель­но го­то­вил сы­на к го­судар­ствен­но­му слу­же­нию. Бла­го­че­сти­вая Вар­ва­ра, мать Фе­о­до­ра, кон­чив­шая свои дни в ино­че­стве с име­нем Вар­со­но­фия, се­я­ла в ду­ше его се­ме­на ис­крен­ней ве­ры и глу­бо­ко­го бла­го­че­стия. Юный Фе­о­дор Ко­лы­чев при­ле­жал к Свя­щен­но­му Пи­са­нию и свя­то­оте­че­ским кни­гам, на ко­то­рых зи­жди­лось ста­рин­ное рус­ское про­све­ще­ние, со­вер­шав­ше­е­ся в Церк­ви и в ду­хе Церк­ви. Ве­ли­кий князь Мос­ков­ский, Ва­си­лий III Иоан­но­вич, отец Иоан­на Гроз­но­го, при­бли­зил ко дво­ру мо­ло­до­го Фе­о­до­ра, ко­то­ро­го, од­на­ко, не ма­ни­ла при­двор­ная жизнь. Со­зна­вая ее су­ет­ность и гре­хов­ность, Фе­о­дор всё глуб­же по­гру­жал­ся в чте­ние книг и по­се­ще­ние хра­мов Бо­жи­их. Жизнь в Москве угне­та­ла мо­ло­до­го по­движ­ни­ка, ду­ша его жаж­да­ла ино­че­ских по­дви­гов и мо­лит­вен­но­го уеди­не­ния. Ис­крен­няя при­вя­зан­ность к нему юно­го кня­жи­ча Иоан­на, пред­ве­щав­шая боль­шое бу­ду­щее на по­при­ще го­судар­ствен­но­го слу­же­ния, не мог­ла удер­жать в гра­де зем­ном взыс­ку­ю­ще­го Гра­да Небес­но­го.

В вос­крес­ный день, 5 июня 1537 го­да, в хра­ме, за Бо­же­ствен­ной ли­тур­ги­ей, Фе­о­до­ру осо­бен­но за­па­ли в ду­шу сло­ва Спа­си­те­ля: “Ни­кто не мо­жет ра­бо­тать двум гос­по­дам” (Мф.6:24), ре­шив­шие его даль­ней­шую судь­бу. Усерд­но по­мо­лив­шись Мос­ков­ским чу­до­твор­цам, он, не про­ща­ясь с род­ны­ми, тай­но, в одеж­де про­сто­лю­ди­на по­ки­нул Моск­ву и неко­то­рое вре­мя укры­вал­ся от ми­ра в де­ревне Хи­жи близ Онеж­ско­го озе­ра, до­бы­вая про­пи­та­ние пас­ту­ше­ски­ми тру­да­ми. Жаж­да по­дви­гов при­ве­ла его в зна­ме­ни­тый Со­ло­вец­кий мо­на­стырь на Бе­лом мо­ре. Там он ис­пол­нял са­мые труд­ные по­слу­ша­ния: ру­бил дро­ва, ко­пал зем­лю, ра­бо­тал на мель­ни­це. По­сле по­лу­то­ра лет ис­ку­са игу­мен Алек­сий, по же­ла­нию Фе­о­до­ра, по­стриг его, дав в ино­че­стве имя Филипп и вру­чив в по­слу­ша­ние стар­цу Ионе Ша­ми­ну, со­бе­сед­ни­ку пре­по­доб­но­го Алек­сандра Свир­ско­го († 1533; па­мять 30 ав­гу­ста). Под ру­ко­вод­ством опыт­ных стар­цев инок Филипп воз­рас­та­ет ду­хов­но, уси­ли­ва­ет пост и мо­лит­ву. Игу­мен Алек­сий по­сы­ла­ет его на по­слу­ша­ние в мо­на­стыр­скую куз­ни­цу, где свя­той Филипп с ра­бо­той тя­же­лым мо­ло­том со­че­та­ет де­ла­ние непре­стан­ной мо­лит­вы. К на­ча­лу служ­бы в хра­ме он все­гда яв­лял­ся пер­вым и по­след­ним вы­хо­дил из него. Тру­дил­ся он и в хлебне, где сми­рен­ный по­движ­ник был уте­шен небес­ным зна­ме­ни­ем. В оби­те­ли по­ка­зы­ва­ли по­сле об­раз Бо­го­ма­те­ри “Хле­бен­ный”, чрез ко­то­рый За­ступ­ни­ца Небес­ная яви­ла Свое бла­го­во­ле­ние сми­рен­но­му Филип­пу-хлеб­ни­ку. По бла­го­сло­ве­нию игу­ме­на свя­той Филипп неко­то­рое вре­мя про­во­дит в пу­стын­ном уеди­не­нии, вни­мая се­бе и Бо­гу.

В 1546 го­ду в Нов­го­ро­де Ве­ли­ком ар­хи­епи­скоп Фе­о­до­сий по­свя­тил Филип­па во игу­ме­на Со­ло­вец­кой оби­те­ли. Но­во­по­став­лен­ный игу­мен ста­рал­ся все­ми си­ла­ми под­нять ду­хов­ное зна­че­ние оби­те­ли и ее ос­но­ва­те­лей – пре­по­доб­ных Сав­ва­тия и Зо­си­мы Со­ло­вец­ких (па­мять 27 сен­тяб­ря, 17 ап­ре­ля). Он разыс­кал об­раз Бо­жи­ей Ма­те­ри Оди­гит­рии, при­не­сен­ный на ост­ров пер­во­на­чаль­ни­ком Со­ло­вец­ким, пре­по­доб­ным Сав­ва­ти­ем, об­рел ка­мен­ный крест, сто­яв­ший ко­гда-то пе­ред кел­ли­ей пре­по­доб­но­го. Бы­ли най­де­ны Псал­тирь, при­над­ле­жав­шая пре­по­доб­но­му Зо­си­ме († 1478), пер­во­му игу­ме­ну Со­ло­вец­ко­му, и ри­зы его, в ко­то­рые с тех пор об­ла­ча­лись игу­ме­ны при служ­бе в дни па­мя­ти чу­до­твор­ца. Оби­тель ду­хов­но воз­рож­да­лась. Для упо­ря­до­че­ния жиз­ни в мо­на­сты­ре был при­нят но­вый устав. Свя­той Филипп по­стро­ил на Со­лов­ках два ве­ли­че­ствен­ных хра­ма – тра­пез­ный храм Успе­ния Бо­жи­ей Ма­те­ри, освя­щен­ный в 1557 го­ду, и Пре­об­ра­же­ния Гос­под­ня. Игу­мен сам ра­бо­тал как про­стой стро­и­тель, по­мо­гая класть сте­ны Пре­об­ра­жен­ско­го со­бо­ра. Под се­вер­ной па­пер­тью его он ис­ко­пал се­бе мо­ги­лу ря­дом с мо­ги­лой сво­е­го на­став­ни­ка, стар­ца Ио­ны. Ду­хов­ная жизнь в эти го­ды про­цве­та­ет в оби­те­ли: уче­ни­ка­ми свя­то­го игу­ме­на Филип­па бы­ли и при нем под­ви­за­лись сре­ди бра­тии пре­по­доб­ные Иоанн и Лон­гин Яренг­ские (па­мять 3 июля), Вас­си­ан и Иона Пер­то­мин­ские (па­мять 12 июня).

Для тай­ных мо­лит­вен­ных по­дви­гов свя­той Филипп ча­сто уда­лял­ся на без­мол­вие в глу­хое пу­стын­ное ме­сто за две вер­сты от мо­на­сты­ря, по­лу­чив­шее впо­след­ствии на­зва­ние Филип­по­вой пу­сты­ни.

Но Гос­подь го­то­вил свя­то­го угод­ни­ка для ино­го слу­же­ния и ино­го по­дви­га. В Москве о со­ло­вец­ком от­шель­ни­ке вспом­нил лю­бив­ший его ко­гда-то в от­ро­че­ские го­ды Иоанн Гроз­ный. Царь на­де­ял­ся, что най­дет в свя­ти­те­ле Филип­пе вер­но­го спо­движ­ни­ка, ду­хов­ни­ка и со­вет­ни­ка, ко­то­рый по вы­со­те мо­на­ше­ской жиз­ни ни­че­го об­ще­го не бу­дет иметь с мя­теж­ным бо­яр­ством. Свя­тость мит­ро­по­ли­та, по мне­нию Гроз­но­го, долж­на бы­ла од­ним крот­ким ду­хов­ным ве­я­ни­ем укро­тить нече­стие и зло­бу, гнез­див­шу­ю­ся в Бо­яр­ской ду­ме. Вы­бор пер­во­свя­ти­те­ля Рус­ской Церк­ви ка­зал­ся ему наи­луч­шим.

Свя­ти­тель дол­го от­ка­зы­вал­ся воз­ло­жить на се­бя ве­ли­кое бре­мя пред­сто­я­те­ля Рус­ской Церк­ви. Ду­хов­ной бли­зо­сти с Иоан­ном он не чув­ство­вал. Он пы­тал­ся убе­дить ца­ря уни­что­жить оприч­ни­ну, Гроз­ный же ста­рал­ся до­ка­зать ему ее го­судар­ствен­ную необ­хо­ди­мость. На­ко­нец, Гроз­ный царь и свя­той мит­ро­по­лит при­шли к уго­во­ру, чтобы свя­то­му Филип­пу не вме­ши­вать­ся в де­ла оприч­ни­ны и го­судар­ствен­но­го управ­ле­ния, не ухо­дить с мит­ро­по­лии в слу­ча­ях, ес­ли царь не смо­жет ис­пол­нить его по­же­ла­ний, быть опо­рой и со­вет­ни­ком ца­ря, как бы­ли опо­рой мос­ков­ских го­су­да­рей преж­ние мит­ро­по­ли­ты. 25 июля 1566 го­да свер­ши­лось по­свя­ще­ние свя­то­го Филип­па на ка­фед­ру Мос­ков­ских свя­ти­те­лей, к сон­му ко­то­рых пред­сто­я­ло ему вско­ре при­со­еди­нить­ся.

Иоанн Гроз­ный, один из ве­ли­чай­ших и са­мых про­ти­во­ре­чи­вых ис­то­ри­че­ских де­я­те­лей Рос­сии, жил на­пря­жен­ной де­я­тель­ной жиз­нью, был та­лант­ли­вым пи­са­те­лем и биб­лио­фи­лом, сам вме­ши­вал­ся в со­став­ле­ние ле­то­пи­сей (и сам вне­зап­но обо­рвал нить мос­ков­ско­го ле­то­пи­са­ния), вни­кал в тон­ко­сти мо­на­стыр­ско­го уста­ва, не раз ду­мал об от­ре­че­нии от пре­сто­ла и мо­на­ше­стве. Каж­дый шаг го­судар­ствен­но­го слу­же­ния, все кру­тые ме­ры, пред­при­ня­тые им для ко­рен­ной пе­ре­строй­ки всей рус­ской го­судар­ствен­ной и об­ще­ствен­ной жиз­ни, Гроз­ный стре­мил­ся осмыс­лить как про­яв­ле­ние Про­мыс­ла Бо­жия, как дей­ствие Бо­жие в ис­то­рии. Его из­люб­лен­ны­ми ду­хов­ны­ми об­раз­ца­ми бы­ли свя­той Ми­ха­ил Чер­ни­гов­ский (па­мять 20 сен­тяб­ря) и свя­той Фе­о­дор Чер­ный (па­мять 19 сен­тяб­ря), во­и­ны и де­я­те­ли слож­ной про­ти­во­ре­чи­вой судь­бы, му­же­ствен­но шед­шие к свя­той це­ли, сквозь лю­бые пре­пят­ствия, вста­вав­шие пред ни­ми в ис­пол­не­нии дол­га пе­ред Ро­ди­ной и пе­ред Свя­той Цер­ко­вью. Чем силь­нее сгу­ща­лась тьма во­круг Гроз­но­го, тем ре­ши­тель­нее тре­бо­ва­ла его ду­ша ду­хов­но­го очи­ще­ния и ис­куп­ле­ния. При­е­хав на бо­го­мо­лье в Ки­рил­лов Бе­ло­зер­ский мо­на­стырь, он воз­ве­стил игу­ме­ну и со­бор­ным стар­цам о же­ла­нии по­стричь­ся в мо­на­хи. Гор­дый са­мо­дер­жец пал в но­ги на­сто­я­те­лю, и тот бла­го­сло­вил его на­ме­ре­ние. С тех пор всю жизнь, пи­сал Гроз­ный, “мнит­ся мне, ока­ян­но­му, что на­по­ло­ви­ну я уже чер­нец”. Са­ма оприч­ни­на бы­ла за­ду­ма­на Гроз­ным по об­ра­зу ино­че­ско­го брат­ства: по­слу­жив Бо­гу ору­жи­ем и рат­ны­ми по­дви­га­ми, оприч­ни­ки долж­ны бы­ли об­ла­чать­ся в ино­че­ские одеж­ды и ид­ти к цер­ков­ной служ­бе, дол­гой и устав­ной, длив­шей­ся от 4 до 10 ча­сов утра. На “бра­тию”, не явив­шу­ю­ся к мо­леб­ну в че­ты­ре ча­са утра, царь-игу­мен на­кла­ды­вал епи­ти­мию. Сам Иоанн с сы­но­вья­ми ста­рал­ся усерд­но мо­лить­ся и пел в цер­ков­ном хо­ре. Из церк­ви шли в тра­пез­ную, и по­ка оприч­ни­ки ели, царь сто­ял воз­ле них. Остав­ши­е­ся яст­ва оприч­ни­ки со­би­ра­ли со сто­ла и раз­да­ва­ли ни­щим при вы­хо­де из тра­пез­ной. Сле­за­ми по­ка­я­ния Гроз­ный, же­лая быть по­чи­та­те­лем свя­тых по­движ­ни­ков, учи­те­лей по­ка­я­ния, хо­тел смыть и вы­жечь гре­хи свои и сво­их со­рат­ни­ков, пи­тая уве­рен­ность, что и страш­ные же­сто­кие де­я­ния вер­шат­ся им ко бла­гу Рос­сии и тор­же­ству пра­во­сла­вия. Наи­бо­лее яр­ко ду­хов­ное де­ла­ние и ино­че­ское трез­ве­ние Гроз­но­го рас­кры­ва­ет­ся в его “Си­но­ди­ке”: неза­дол­го до смер­ти по его ве­ле­нию бы­ли со­став­ле­ны пол­ные спис­ки уби­ен­ных им и его оприч­ни­ка­ми лю­дей, ко­то­рые бы­ли за­тем разо­сла­ны по всем рус­ским мо­на­сты­рям. Весь грех пе­ред на­ро­дом Иоанн брал на се­бя и мо­лил свя­тых ино­ков мо­лить Бо­га о про­ще­нии его ис­стра­дав­шей­ся ду­ши.

Са­мо­зван­ное ино­че­ство Гроз­но­го, мрач­ным игом тя­го­тев­шее над Рос­си­ей, воз­му­ща­ло свя­ти­те­ля Филип­па, счи­тав­ше­го, что нель­зя сме­ши­вать зем­но­го и небес­но­го, слу­же­ния кре­ста и слу­же­ния ме­ча. Тем бо­лее, что свя­той Филипп ви­дел, как мно­го нерас­ка­ян­ной зло­бы и нена­ви­сти скры­ва­ет­ся под чер­ны­ми шлы­ка­ми оприч­ни­ков. Бы­ли сре­ди них и про­сто убий­цы, очерст­вев­шие в без­на­ка­зан­ном кро­во­про­ли­тии, и мздо­им­цы-гра­би­те­ли, за­ко­ре­не­лые в гре­хе и пре­ступ­ле­нии. По­пуще­ни­ем Бо­жи­им ис­то­рия ча­сто де­ла­ет­ся ру­ка­ми нече­стив­цев, и как бы ни же­лал Гроз­ный обе­лить пред Бо­гом свое чер­ное брат­ство, кровь, про­ли­тая его име­нем на­силь­ни­ка­ми и изу­ве­ра­ми, взы­ва­ла к небу.

Свя­ти­тель Филипп ре­шил­ся про­ти­во­стать Гроз­но­му. Это бы­ло свя­за­но с но­вой вол­ной каз­ней в 1567–1568 го­дах. Осе­нью 1567 го­да, ед­ва царь вы­сту­пил в по­ход на Ли­во­нию, как ему ста­ло из­вест­но о бо­яр­ском за­го­во­ре. Из­мен­ни­ки на­ме­ре­ва­лись за­хва­тить ца­ря и вы­дать поль­ско­му ко­ро­лю, уже дви­нув­ше­му вой­ска к рус­ской гра­ни­це. Иоанн Гроз­ный су­ро­во рас­пра­вил­ся с за­го­вор­щи­ка­ми и вновь про­лил мно­го кро­ви. Груст­но бы­ло свя­то­му Филип­пу, но со­зна­ние свя­ти­тель­ско­го дол­га по­нуж­да­ло его сме­ло вы­сту­пить в за­щи­ту каз­нен­ных. Окон­ча­тель­ный раз­рыв на­сту­пил вес­ной 1568 го­да. В Неде­лю Кре­сто­по­клон­ную, 2 мар­та 1568 го­да, ко­гда царь с оприч­ни­ка­ми при­шел в Успен­ский со­бор, как обыч­но, в мо­на­ше­ских об­ла­че­ни­ях, свя­ти­тель Филипп от­ка­зал­ся бла­го­сло­вить его, но стал от­кры­то по­ри­цать без­за­ко­ния, тво­ри­мые оприч­ни­ка­ми: “учал мит­ро­по­лит Филипп с го­су­да­рем на Москве враж­до­ва­ти об оприч­нине”. Об­ли­че­ние вла­ды­ки пре­рва­ло бла­го­ле­пие цер­ков­ной служ­бы. Гроз­ный в гне­ве ска­зал: “Нам ли про­ти­вишь­ся? Уви­дим твер­дость твою! – Я был слиш­ком мя­гок с ва­ми”, – до­ба­вил царь, по сви­де­тель­ству оче­вид­цев.

Царь стал про­яв­лять еще боль­шую же­сто­кость в пре­сле­до­ва­нии всех про­ти­вив­ших­ся ему. Каз­ни сле­до­ва­ли од­на за дру­гой. Участь свя­ти­те­ля-ис­по­вед­ни­ка бы­ла ре­ше­на. Но Гроз­ный хо­тел со­блю­сти ка­но­ни­че­ский по­ря­док. Бо­яр­ская ду­ма по­слуш­но вы­нес­ла ре­ше­ние о су­де над гла­вой Рус­ской Церк­ви. Над мит­ро­по­ли­том Филип­пом был устро­ен со­бор­ный суд в при­сут­ствии по­ре­дев­шей Бо­яр­ской ду­мы. На­шлись лже­сви­де­те­ли: к глу­бо­кой скор­би свя­ти­те­ля, это бы­ли ино­ки из воз­люб­лен­ной им Со­ло­вец­кой оби­те­ли, его быв­шие уче­ни­ки и по­стри­же­ни­ки. Свя­то­го Филип­па об­ви­ня­ли во мно­же­стве мни­мых пре­ступ­ле­ний, до кол­дов­ства вклю­чи­тель­но. “Я – при­ше­лец на зем­ле, как и все от­цы мои, – сми­рен­но от­ве­чал свя­ти­тель, – го­тов стра­дать за ис­ти­ну”. От­верг­нув все об­ви­не­ния, свя­той стра­да­лец пы­тал­ся пре­кра­тить суд, объ­явив о доб­ро­воль­ном сло­же­нии мит­ро­по­ли­чье­го са­на. Но от­ре­че­ние его не бы­ло при­ня­то. Му­че­ни­ка жда­ло но­вое по­ру­га­ние. Уже по вы­не­се­нии при­го­во­ра о по­жиз­нен­ном за­то­че­нии в тем­ни­це свя­то­го Филип­па за­ста­ви­ли слу­жить ли­тур­гию в Успен­ском со­бо­ре. Это бы­ло 8 но­яб­ря 1568 го­да. В се­ре­дине служ­бы в храм во­рва­лись оприч­ни­ки, все­на­род­но за­чи­та­ли со­бор­ное осуж­де­ние, по­ро­чив­шее свя­ти­те­ля, со­рва­ли с него ар­хи­ерей­ское об­ла­че­ние, оде­ли в ру­би­ще, вы­тол­ка­ли из хра­ма и на про­стых дров­нях от­вез­ли в Бо­го­яв­лен­ский мо­на­стырь. Му­че­ни­ка дол­го то­ми­ли в под­ва­лах мос­ков­ских мо­на­сты­рей, но­ги стар­ца за­би­ва­ли в ко­лод­ки, дер­жа­ли его в око­вах, на­ки­ды­ва­ли на шею тя­же­лую цепь. На­ко­нец, от­вез­ли в за­то­че­ние в Твер­ской От­рочь мо­на­стырь. Там год спу­стя, 23 де­каб­ря 1569 го­да, свя­ти­тель при­нял му­че­ни­че­скую кон­чи­ну от ру­ки Ма­лю­ты Ску­ра­то­ва. Еще за три дня свя­той ста­рец пред­ви­дел окон­ча­ние сво­е­го зем­но­го по­дви­га и при­ча­стил­ся Свя­тых Тайн. Мо­щи его бы­ли пре­да­ны зем­ле пер­во­на­чаль­но там же, в мо­на­сты­ре, за ал­та­рем хра­ма. Поз­же со­вер­ши­лось пе­ре­не­се­ние их в Со­ло­вец­кую оби­тель (11 ав­гу­ста 1591) и от­ту­да – в Моск­ву (3 июля 1652).

Па­мять свя­ти­те­ля Филип­па празд­но­ва­лась Рус­ской Цер­ко­вью с 1591 го­да в день его му­че­ни­че­ской кон­чи­ны – 23 де­каб­ря. С 1660 го­да празд­но­ва­ние бы­ло пе­ре­не­се­но на 9 ян­ва­ря.

СВЯТИТЕЛЬ ФИЛИПП, МИТРОПОЛИТ МОСКОВСКИЙ И ВСЕЯ РОССИИ, ЧУДОТВОРЕЦ

День памяти святого — 22 января

Святой митрополит Филипп родился в царствующем городе Москве от благочестивых и благородных родителей, из славного рода бояр Колычевых. Отец его, по имени Стефан, принадлежал к числу ближних бояр великого князя Василия Иоанновича; набожная мать его, по имени Варвара, окончила дни свои инокинею с именем Варсонофии. За благочестивую жизнь их в свидетельство их добродетелей, Бог благословил их добрым плодом: от них родился блаженный Филипп, который во святом крещении наречен был Феодором. Родители воспитывали его во всяком благочестии. Когда он немного подрос, его отдали в обучение книжное, в котором он преуспевал с особенным усердием, чуждаясь в то же время свойственных детскому возрасту игр и забав. Таким образом, Феодор в скором времени постиг всю книжную премудрость и навык в душеполезном чтении. Родители, видя такое доброе его поведение, радовались о том. Спустя некоторое время, к Феодору приставили «отроков» для обучения его верховой езде; но он нисколько не прилежал тому, предпочитая конской езде, чтение книг, в которых он находил жития святых и досточудных мужей и чрез то поучался совершенствоваться в добродетелях. Потом его стали обучать и воинскому искусству; но и это не переменило благочестивого настроения его души; он избегал своих сверстников и их рассеянной жизни, так что многие дивились такому его благочестию.

По смерти великого князя Василия Иоановича, скипетр царства принял сын его великий князь всея России Иоанн Васильевич. В это время Феодор пришедший уже в совершенный возраст, был взят ко двору на служение царское и успел заслужить любовь и благоволение малолетнего князя Иоанна Васильевича. Но Феодор недолго служил при дворе. Когда он достиг тридцатилетнего возраста, случилось ему, по особому Божьему промышлению, призревшему на него, войти в церковь во время совершения божественной литургии. Здесь он услышал слова Евангелие: «Никто не может служить двум господам» ( Мф. 6:24 ). Пораженный этими словами, он размышлял в себе, что эти слова относятся и к нему, и решился оставить мирскую жизнь. Вспомнив о Соловецком монастыре, что там добре подвизаются иноки, он вознамерился удалиться туда. Сотворив молитву пред святынями, со слезами припадая к чудотворным рукам святых и приложившись к святым мощам, Феодор пошел с молитвою в путь, тайно ото всех оставив царский двор, отечество и родных, взяв с собою лишь самую необходимую одежду. Сначала он пришел в пределы Великого Новгорода, к озеру Онеги и там поселился в селении Хижах у одного крестьянина. Хозяин, видя его добрый нрав и смирение, поручил ему пасти своих овец: так Бог предназначил о нем, чтобы прежде овец словесных, он добре упас бессловесных. Между тем родители повсюду разыскивали его по городам и, нигде не нашедши, много плакали о нем. Благочестивый же юноша, прожив немало дней в вышеупомянутом селении, удалился оттуда на Соловецкий остров и был принят игуменом Соловецкой обители, который повелел ему трудиться на монастырских службах. Он же, оградившись страхом Божьим, с усердием и смирением, в простоте сердца, исполнял все, что ему повелевали делать. Он рубил дрова, копал в огороде землю, переносил камни, иногда на плечах своих выносил помои и исполнял другие, еще более тяжелые работы. Много раз от некоторых из иноков ему приходилось принимать оскорбления и даже побои, но он никогда не гневался и с радостью и смиренномудрием переносил все, и никто не знал кто он и откуда.

Так искусившись в терпении, Феодор просил игумена постричь его в иночество. Он был пострижен в иночество с именем Филиппа. Его отдали в послушание одному опытному иноку, по имени Ион, коим он и был наставлен на всякую добродетель.

Потом игумен послал его на поварню и там он смиренно работал на братию, разжигая огонь и рубя дрова. Пробыв довольное время в той службе, Филипп перешел оттуда в монастырскую кузницу, где неленостно трудился, нося дрова и воду.

И всеми работавшими на кузнице он был похваляем за свои труды. Тогда, избегая славы, он удалился из монастыря в пустыню, и там вперив ум свой к Богу, непрестанно упражнялся в одних только молитвах. Так долго подвизался святой Филипп в пустыне, в лесах Соловецких, и потом снова возвратился в обитель к своим трудам. Игумен Алексий, видя его столь усердствующим в иноческих подвигах и украшенным глубоким смирением, весьма утешался им и держал его при себе своим помощником, поручив ему надзор за начальными послушниками. Филипп все это исполнял с ревностью и в этих трудах провел девять лет, вспомоществуем молитвами и благословением своего игумена. Потом игумен Алексий, отказавшись по старческой немощи от управления обителью, советом братии, поставил святого Филиппа на игуменство. Но хотя Святой и принял начальствование, однако нисколько не изменил своего прежнего жития. Напротив, он еще более усилил свои подвиги и предался еще большим трудам телесным, а когда видел себя хвалимым и почитаемым за это, считал то тщетным, ибо от юности был украшен смирением. Посему он оставил игуменство и снова удалился в пустыню, приходя в монастырь только для причащения честного Тела и Крови Христа Бога нашего. Управлять монастырем стал прежний игумен Алексий, который через полтора года после того скончался. Тогда, по просьбе братии, Святой Филипп снова принял игуменство. Он предался еще большим подвигам и достиг еще высшего совершенства в добродетелях. Обитель же Соловецкая во время его управления процветала и благоукрашалась. Между тем слава о святом Филиппе дошла до благоверного царя и князя Иоанна Васильевича. В то время митрополит всей России Афанасий оставил престол. Царь пожелал чтобы на престол Российской митрополии возведен был святой Филипп, – и вот он вызывает святого в Москву для «духовного совета». Православный народ тогда пребывал сначала в мире и любви; враг же (дьявол), видя это и искони ненавидя истину, воздвиг многомятежную бурю, возбудив вместо любви в православных христианах, ненависть друг к другу. При дворе среди бояр начались свары, ожесточенная вражда и всякого рода злоумышления друг на друга. Своим коварством и междоусобиям они в самом царе возбудили сильнейший гнев и ярость. От тех злых наветов боярских он начал бояться даже своих верных слуг, ближних родственников и друзей, и был в неукротимом гневе на бояр видя в них своих врагов и крамольников. И вот он разделил государство на две части, устроив себе особых телохранителей, под именем опричников, которые состояли при особе царя и составили особое управление. Опричники злоупотребляли данною им властью, угнетали народ, отнимали имущества, сопровождая свои разбои убийствами и пытками. Царь же верил в их верность и преданность, и потому управы на них нельзя было найти. В это время царь и вызвал из Соловецкой обители Филиппа. С честью приняв его, царь объявил ему о своем желании видеть его на митрополичьем престоле. Филипп по своему смирению, отказывался от этого высокого сана; но потом должен был уступить непреклонному желанию царя и был возведен на митрополичью кафедру. В первое время все было покойно; царь уважал святителя и благоволил к нему. Но потом, когда зверства опричников достигли крайнего предела, то блаженный Филипп стал умолять царя прекратить неистовства опричников и обличать самого царя за его казни. Тогда царь пришел в сильный гнев на святого, угрожал ему муками и ссылкою. Он же, оставаясь непоколебим, как адамант, пренебрегал царскими угрозами и не переставал высказывать истину. К прискорбию, нашлись и между духовными лицами предатели, старавшиеся только об угождении царю. Пимен, архиепископ Новгородский, и некоторые другие с ним вместе с царскими советниками Малютою Скуратовым и Василием Грязным с их единомышленниками, измышляя против святого различные козни, старались низвергнуть его с престола и уговаривали царя своего намерения не оставлять. Царь же не хотел просто низвергнуть Филиппа с митрополичьего престола. В непродолжительном после того времени, по доносу лживых свидетелей, он послал в Соловки Суздальского епископа Пафнутия и князя Василия Темкина расследовать, какова была прежняя жизнь Филиппа. Достигнув Соловецкого монастыря, посланные стали стараться действовать так, чтобы угодить царю. Одних из иноков ласками и мздоимством, других – обещанием высших духовных почестей, третьих – угрозами убедили они сделать нарекание на святого. Честным же старцам, которые говорили о Филиппе правду, нанесли тяжкие побои, повелевая им говорить о святителе непристойное. Они же, исполненные благочестия, все сии оскорбления принимали с радостью и едиными устами продолжали говорить истину о Филиппе, что житие его в обители было непорочно, по Боге. Но царские посланцы не хотели о том и слушать, но, сделав, что им было нужно, возвратились в Москву. При этом они взяли с собою игумена Соловецкого Паисия, которому обещали епископский сан, и других клеветников, лжесвидетельствовавших на святого Филиппа. Немедленно был созван собор для суда над святителем. Прибывшие из Соловок клеветники представили царю свитки, в которых были написаны их лжесвидетельства. Царь, услышав о письменных свидетельствах против Филиппа, угодных ему, повелел во всеуслышание прочесть их, после чего лжесвидетели начали словесно клеветать на святителя. Святитель не оправдывался и стал снимать все знаки своего сана, но царь велел ждать судебного приговора. На другой день, когда святой митрополит Филипп священнодействовал в Успенском соборе, царь послал туда боярина своего Алексея Басманова с большим числом опричников. Вошедши в собор, Басманов приказал в слух всего народа прочитать судебный приговор о низложении митрополита. Потом опричники бросились на святого, как дикие звери, совлекли с него святительское облачение, одели его в простую, разодранную монашескую одежду, с позором выгнали из церкви и, посадив на дровни, повезли в Богоявленский монастырь, осыпая бранью и побоями. Потом, по воле царя, Филипп был сослан в Тверской Отрочь монастырь, причем святой много зла претерпел от приставников. Прошло около года, как святой находился в заточении, удручаемый от приставников различного рода скорбями. В это время царь, путешествуя в Новгород и приближаясь к Твери, вспомнил о святом Филиппе и послал к нему вышеупомянутого Малюту Скуратова. Последний внезапно вошел в келью святого. Между тем святитель еще за три дня до этого говорил бывшим при нем:

– Вот приблизился конец моего подвига, – и причастился честных и животворящих Таин Христа Бога нашего. Вошедши в келью святого Филиппа, Малюта Скуратов с притворным благоговением припал к ногам святого и сказал:

– Владыка святой, дай благословение царю идти в великий Новгород.

Но Святой отвечал Малюте:

– Делай, что хочешь, но дара Божьего не получают обманом. Тогда бессердечный злодей задушил праведника подушкою.

Между тем врагов святого Филиппа, восставших на него, в скором времени постигло наказание Божье. Царь, сознав свою несправедливость против святого мужа, и лукавство его врагов повелел разослать их в заточение по различным монастырям, а иных предал смерти.

По смерти царя Иоанна Васильевича, престол русского царства занял сын его, благочестивый царь и великий князь Феодор Иоаннович. В седьмой год его царствования, в 21-м году по преставлении святого Филиппа, игумен Соловецкого монастыря Иаков и братия обратились с молением к благочестивому царю, чтобы он повелел перенести тело святого из Отроча монастыря в Соловецкий. Царь дал им на сие разрешение, и они нашли тело святого целым и неповрежденным, что тление не коснулось даже его одежд, а от мощей святого истекло миро и наполнило воздух благовонием. С честью перенесли иноки тело святого Филиппа в свой монастырь и погребли на том самом месте, которое сам он для сего приготовил. В царствование благочестивейшего царя Алексия Михайловича, нетленные мощи святого митрополита Филиппа с честью были перевезены митрополитом Новгородским Никоном из Соловецкого монастыря в первопрестольную Москву и положены в новой раке в Успенском соборе, где и почивают открыто доныне.

Богу нашему слава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Святитель Димитрий Ростовский, «Жития святых»

22 января. Память святителя Филиппа, митрополита Московского и всея России, чудотворца

33-я седмица по Пятидесятнице.
День постный. 9 января по ст. ст.

В этот день совершается память:

Священномученика Павла Никольского пресвитера (1943).

Святитель Филипп, митрополит Московский

Святитель Филипп (в миру Феодор) происходил из боярского рода. В юности его приблизил великий князь Василий III, но служба при дворе, равно как и земные блага, не прельщали юношу. Тайно, в простой одежде, он покинул Москву и достиг Соловецкого монастыря, где принял постриг и нес самые тяжелые послушания. Когда на трон взошел Иоанн Васильевич Грозный, он призвал к себе Филиппа, которого знал и любил в детстве. Царь рассчитывал на его полную поддержку в борьбе с боярами и против его воли возвел на митрополичий престол. Но беззакония опричнины и бесчисленные казни возмущали святителя, и он стал мужественно обличать царя, пережившего в детстве страх убиения и ставшего до безумия вспыльчивым и яростным. За это митрополита заключили в оковы и колодки, а потом заточили в монастырь, где он и принял мученическую кончину.

Мученик Полиевкт

Святой Полиевкт жил в середине III века. Когда началось гонение на христиан, его товарищ Неарх, исповедующий истинную веру, сказал Полиевкту: «Друг, мы скоро разлучимся с тобой, меня возьмут на мучения, а ты, пожалуй, отречёшься от дружбы со мной». Однако Полиевкт неожиданно ответил Неарху, что видел во сне Христа, Который снял с него одежду и надел другую, светлую. «С этой минуты, — сказал он, — я готов служить Господу Иисусу Христу». Возгоревшись духом, святой Полиевкт вышел на городскую площадь и разорвал висевший там царский указ об обязательном поклонении идолам. Тесть мученика, местный правитель Фелокс, и жена бывшего язычника были в ужасе и пытались уговорить его не губить своей жизни. Но святой Полиевкт с радостью преклонил свою голову под меч палача и крестился в собственной крови.

Священное Писание

2 Пет., 64 зач., I, 1-10

1 Симон Петр, раб и Апостол Иисуса Христа, принявшим с нами равно драгоценную веру по правде Бога нашего и Спасителя Иисуса Христа: 2 благодать и мир вам да умножится в познании Бога и Христа Иисуса, Господа нашего.

3 Как от Божественной силы Его даровано нам все потребное для жизни и благочестия, через познание Призвавшего нас славою и благостию, 4 которыми дарованы нам великие и драгоценные обетования, дабы вы через них соделались причастниками Божеского естества, удалившись от господствующего в мире растления похотью: 5 то вы, прилагая к сему все старание, покажите в вере вашей добродетель, в добродетели рассудительность, 6 в рассудительности воздержание, в воздержании терпение, в терпении благочестие, 7 в благочестии братолюбие, в братолюбии любовь.

8 Если это в вас есть и умножается, то вы не останетесь без успеха и плода в познании Господа нашего Иисуса Христа.

9 А в ком нет сего, тот слеп, закрыл глаза, забыл об очищении прежних грехов своих.

10 Посему, братия, более и более старайтесь делать твердым ваше звание и избрание; так поступая, никогда не преткнетесь.

Мк., 58 зач., XIII, 1-8

1 И когда выходил Он из храма, говорит Ему один из учеников Его: Учитель! посмотри, какие камни и какие здания!

2 Иисус сказал ему в ответ: видишь сии великие здания? всё это будет разрушено, так что не останется здесь камня на камне.

3 И когда Он сидел на горе Елеонской против храма, спрашивали Его наедине Петр, и Иаков, и Иоанн, и Андрей: 4 скажи нам, когда это будет, и какой признак, когда всё сие должно совершиться?

5 Отвечая им, Иисус начал говорить: берегитесь, чтобы кто не прельстил вас, 6 ибо многие придут под именем Моим и будут говорить, что это Я; и многих прельстят.

7 Когда же услышите о войнах и о военных слухах, не ужасайтесь: ибо надлежит сему быть, — но это еще не конец.

8 Ибо восстанет народ на народ и царство на царство; и будут землетрясения по местам, и будут глады и смятения. Это — начало болезней.

Слово Святейшего Патриарха Кирилла

Святитель Филипп ясно понимал особое предназначение Церкви, которая, с одной стороны, в мире, а с другой — вне мира. Она вне мира той самой стороной, которая не имеет ничего общего с материальным. Именно об этой природе Церкви и сказал апостол Павел, когда назвал ее «Телом Христовым» (см. 1 Кор. 12, 27). Именно эта природа Церкви и обусловливает предназначение Церкви быть голосом совести для народа, быть проводником слова Божия и в этом смысле сохранять свою автономию от всякого рода внешних влияний. В чем же должна состоять эта автономия Церкви? А в том, что для Церкви высший авторитет — это Христос. Она может и должна взаимодействовать с окружающим миром. Она может и должна сотрудничать с окружающим миром. Но она не может, ни при каких условиях, в вопросах, которые касаются спасения людей, преклонить свою главу пред какой бы то ни было властью. Потому что только власть Христа, Который есть Глава Церкви, и управляет Церковью, и определяет пути ее исторического бытия.

Иосиф Исихаст о гневе

Гнев сам по себе естествен. Как нервы в теле. А он — нерв души. И каждый должен им пользоваться против демонов, людей-еретиков и всего препятствующего пути Божию. Если же гневаешься на единодушных братьев или, бывая вне себя, разрушаешь дела рук своих, знай, что ты болен тщеславием и злоупотребляешь нервом души. А избавляешься от этого любовью ко всем и истинным смирением. Поэтому, когда найдет на тебя гнев, крепко закрой рот и не говори с оскорбляющим, или позорящим, или обличающим, или всячески тебя искушающим без причины. И этот змей взовьется в сердце, поднимется к горлу и, поскольку ты не дашь ему выхода, задохнется и лопнет. И когда это повторится несколько раз, станет слабее и прекратится совсем. Так как человек создан разумным и кротким, то исправляется несравненно лучше любовью и кротким обращением, нежели гневом и грубостью.

Богослужебный устав — Типикон

В настоящее время в Русской Православной Церкви действует принятый в редакции 1695 года Иерусалимский Устав лавры прп. Саввы Освящённого, который пришёл в России на смену Студийскому.

Типикон не является священной книгой на все времена, априори не подлежащий каким-либо измениям. Содержание Типикона отражает определенную благочестивую богослужебную традицию.

По словам святителя Афанасия (Сахарова): «Название нашего Церковного Устава «Типикон» характеризует его содержание и значение. Типикон от греческого слова τύπος — тип, образ, форма, образец, идеал. Идеал — это нечто совершеннейшее, возвышеннейшее, всегда влекущее к себе, как бы манящее, но никогда в полной мере не достижимое. Наш Типикон — изложение идеального порядка богослужения, ставящее своим образцом древнее многочасовое богослужение великих отцов и подвижников. Теперь только в немногих обителях и храмах богослужение в той или иной мере лишь приближается к идеальному порядку его, изложенному в Типиконе».

Каким образом возможно было исполнить указание Типикона о храмовых богослужениях, составляющих более половины суток? Здесь следует учитывать, что богослужения совершалось монахами поочерёдно (даже в рамках одной службы) и стасидии являлись принадлежностью любого храма. В книге М. Скабаллановича «Толковый Типикон» есть интереснейшая глава об идеальной всенощной, отслуженной в начале XX века в Киевской духовной академии.

В настоящее время в большинстве приходских храмов используют ежегодно издаваемые Патриархией Богослужебные указания.

Молитвословия

Тропарь мученика Полиевкта

Мученик Твой, Господи, Полиевкт,/ во страдании своем венец прият нетленный от Тебе, Бога нашего,/ имеяй бо крепость Твою,/ мучителей низложи,/ сокруши и демонов немощныя дерзости./ Того молитвами// спаси души наша.

Кондак мученика Полиевкта

Спасу приклоншу во Иордане главу,/ сокрушишася змиев главы./ Полиевктова же глава отсекшаяся// льстиваго посрами.

Тропарь святителя Филиппа Московского

Первопрестольников преемниче,/ столпе Православия, истины поборниче,/ новый исповедниче, святителю Филиппе,/ положивый душу за паству твою,/ темже, яко имея дерзновение ко Христу,/ моли за град же и люди,// чтущия достойно святую память твою.

Кондак святителя Филиппа Московского

Православия наставника и истины провозвестника,/ Златоустаго ревнителя,/ Российскаго светильника, Филиппа премудраго восхвалим,/ пищею словес своих разумно чада своя питающа,/ той бо языком хваление пояше,/ устнама же пение вещаше,// яко таинник Божия благодати.

Молитва святителю Филиппу Московскому

О великий угодниче Христов святителю отче наш Филиппе, скорый помощниче и дивный чудотворче! Призри милостивно на ны многогрешныя, вемы бо, сердцем и усты и со благоразумным разбойником исповедуем, яко по делом нашим беды постигшия нас приемлем, сими бо временными скорбьми избежим по милосердию Господа вечныя муки, грешником уготованныя: сеяхом бо семена своевольнаго жития, пожинаем же терния скорбей. Обаче немощни есмы, и в покаяние теплое пришедше, молимся, да преложит Господь гнев Свой на милость и тебе, святителю Христов, усердно просим: пролей теплую молитву твою ко Христу Господу нашему, Емуже присно предстоиши и молишися о почитающих тя с любовию и уповающих на твое предстательство. Умоли праведнаго Судию, да защитит святую обитель сию, место, в нейже ты духовно породился еси, и путевождь иноком святаго места сего был еси. Упаси якоже добрый пастырь жезлом благости твоея разсеянныя овцы стада Христова и во дворы Господни всели я. Огради нас от соблазна ересей и расколов в православной Церкви нашей. Научи нас, во странствии сущих, горняя мудрствовати, а не земная, просвети разсеянный ум наш и на путь истины направи, охладевшее сердце наше любовию ко Господу и к ближним нашим согрей. Вдохни в нас ревность ко исполнению велений Божиих. Ослабленную грехами и нерадением волю нашу оживотвори благодатию Духа Всесвятаго. Православие укрепи, нападения лукавнуюших и беззаконных человек на Церковь Божию далече отжени. Отпадшия ветви от лозы Христовы с тою паки соедини, испроси у Христа Бога душам и телесем нашим здравие и крепость, болящим исцеление даруй, страждущих утеши, скорбящим мир и отраду покажи, плачущия радоватися сотвори, печальныя ликовствовати соделай, враждующих умиротвори, завистливыя милостивны покажи, всякия в нас неправды исправи. Изжени всякую крамолу и лукавыя советы нечестивых разруши, обаче тех в покаяние приведи. Архиереем и духовным пастырем, поставленным пасти стадо Христово Российския Православныя церкви, подаждь премудрость и праведное житие, якоже и сам сими добродетельми украшался еси, старыя поддержи, юныя научи и уцеломудри, и даруй им молитвами твоими трудолюбие, послушание и мирное жительство. Нам же всем радость присную о Господе подаждь, да терпением течем на предлежащий нам подвиг жития сего временнаго, взирающе на Начальника веры и Подвигоположника Господа нашего Иисуса Христа, Емуже буди слава, благодарение и поклонение, со безначальным Его Отцем, и с Пресвятым и Благим и Животворящим Его Духом, ныне, и присно, и во веки веков. Аминь.

Приглашаем Вас подписаться на рассылку портала «Православие в Татарстане». Православный календарь, Священное Писание, душеполезные публикации, новости, уведомления о предстоящих церковных событиях и паломнических поездках — всю эту полезную информацию Вы можете получать удобным способом на свой мобильный телефон по WhatsApp. 📲 Для подписки перейдите по ссылке .

Святитель Филипп, митрополит Московский и всея России, чудотворец (+ 1569)

Память его празднуется 9 янв. в связи с его мученической кончиной, 3 июля в день перенесения мощей из Соловецкой обители в Москву и 5 окт. вместе с Собором святителей Московских

Боярский род Колычевых, из которого происходил святитель Филипп, митрополит Московский, вышел в XIII в. из Пруссии, населенной тогда славянами. Отец его, боярин Стефан, занимал важную должность при дворе вел. князя Василия III Иоанновича (1503— 1533). Мать его, Варвара, овдовела, приняла постриг с наречением имени Варсонофия и основала в Москве Варсонофиевский монастырь, а при нем кладбище для убогих, нищих, странников и казненных. Память об этом монастыре, давно уже не существующем, сохранилась лишь в названии Варсонофиевского переулка. Инокиня Варсонофия чтилась как одна из московских праведниц.
Благочестивая чета бояр Колычевых отличалась особым милосердием к бедным. В 1507 г. родился старший сын их — Фео-дор. Благочестивое воспитание, которое в то время одинаково давали детям всех сословий, как нельзя лучше подготовляло к духовной жизни. Начиналось оно в семилетнем возрасте изучением Часослова и Псалтири. С детства полюбил Феодор Колычев чтение Священного Писания и житий святых. В юношеском возрасте ему, как боярскому сыну, пришлось учиться верховой езде и воинским упражнениям. Но не лежало к этому его сердце. Веселого общества своих сверстников он избегал, предпочитая ему степенную беседу старших. Рано приучил его отец к ведению хозяйства. Двадцати шести лет он был представлен вел. князю Василию Иоанновичу, который обратил на него внимание. Но скоро великий князь умер, и Феодор остался при дворе нового вел. князя — Иоанна IV Васильевича, которому было тогда три года.
Маленький государь полюбил его, но в блестящей придворной среде Феодор Колычев чувствовал себя одиноким. Мысли об иночестве уже тогда приходили к нему, и он не хотел жениться. События заставили его ускорить это решение: был открыт придворный заговор против князя Телепнева-Оболенско-го, любимца матери государя, вел. княгини Елены (рожденной Глинской); многие поплатились свободой, а иные и головой; среди казненных были и родственники Феодо-ра Степановича — бояре Колычевы. И вот в июне 1537 г., удрученный горем, слышит он во время Божественной литургии евангельские слова: «Никтоже может двема госпо-динома работати. » (Мф. 6, 24). Знакомые и раньше, эти слова показались ему в этот раз относящимися прямо к нему, и он более не колебался. Выйдя из храма, он прямо направился на север, в Соловецкую обитель.
Дорогу он не знал, заблудился и наконец, блуждая по лесам и болотам, встретил на берегу Онежского озера благочестивого крестьянина Субботу, который и приютил неведомого паломника. Живя у него, Колычев помогал ему в домашних работах и пас скот. Непривычная жизнь сделала бывшего придворного неузнаваемым: он огрубел, здоровье его окрепло. Однако же приближающаяся зима заставила его спешить. В Соловках его принял игумен о. Алексий. Он приказал испытать пришельца на тяжелых работах. Иногда Феодору Колычеву казалось, что силы оставляют его, но ни разу он не поколебался в своем решении. Зорко следил он за жизнью монахов, стараясь подражать их подвигам. Наконец его смирение и трудолюбие снискали ему всеобщее уважение, и его постригли с наречением имени Филипп. Старцем его был о. Иона, ученик прп. Александра Свирского. До последнего времени хранился в хлебопекарне камень, который подкладывал себе под голову Филипп, когда он засыпал на полу, утомленный тяжелой работой и продолжительной молитвой.
В это же время явилась ему, во время работы, икона Божией Матери Хлебной, хранившаяся впоследствии в Преображенском соборе. Затем он удалился на отшельничество в лес, и пустынь его была известна до последнего времени под названием Филипповой. Одно время его уединение прервалось: ему пришлось заменять заболевшего престарелого игумена Алексия, а по кончине его он принял окончательно настоятельский посох. Перед тем монастырь погорел, и восстанавливать его святитель Филипп начал на средства, врученные ему родными, когда он приезжал для посвящения в Новгород. Все в Соловецком монастыре говорит о неутомимой энергии и могучей силе воли его гениального преобразова теля. Начал он с разработки железной руды и поваренной соли — для добывания средств для своей дальнейшей деятельности. Затем он соединил 52 озера в одно «Святое озеро», из которого монастырь стал получать питьевую воду, соединил его каналом с морем и поставил на нем свои знаменитые мельницы. Вместо маяков он поставил высокие кресты и устроил пристань, больницу и гостиницу для паломников. Обитель он окружил гранитными стенами и все деревянные постройки заменил кирпичными, для чего устроил кирпичный завод. Он изобрел какую-то самодвижущуюся телегу (без лошади) и решета, которые сами просеивали муку, что значительно облегчило труд братии; завел скотный двор и развел стада лапландских оленей, из шкур которых стали шить платье и обувь братии в устроенных им мастерских. Трапезу он улучшил, что было необходимо при суровом климате Соловецких островов, но строгость устава усугубил и очень высоко поставил послушание. Жизнь монастырских крестьян святитель Филипп благоустроил, поставил во главе их платное начальство и дал крестьянам право жаловаться. За благосостоянием и нравственностью их он зорко следил. Всеми работами он руководил лично.
Но более всего святитель Филипп потрудился над духовным благосостоянием и благолепием обители. Он воздвиг и благоукрасил два великолепных собора — Преображенский и Успенский. Горячо принимая к сердцу все, что касалось святых основателей обители — Зосимы, Савватия и Германа, он разыскал чудотворную икону Божией Матери прп. Зосимы и его каменный крест, который и поставил в часовне на могиле прп. Германа; ветхие ризы и Псалтирь прп. Зосимы он починил своими руками и благоговейно их хранил.
В 1550 г. святитель Филипп был в Москве. Молодой царь Иоанн IV вспомнил друга своего детства, вернул его опять в Москву для возведения в сан митрополита. Это было тяжкое время опричнины. Святитель Филипп согласился принять сан митрополита только по просьбе духовенства, знавшего, как чтит его царь, но под непременным условием сохранения древнего права «печаловаться», то есть заступаться перед царем за осужденных, не только невинных, но и виноватых. Царь уступил.
Святитель Филипп был возведен на Мос ковскую кафедру 25 июля 1566 г. и в первой же проповеди напомнил царю о милосердии к подданным и о том, что и сам он подчинен власти Всевышнего. Царь принял проповедь его благосклонно. Все стали надеяться на лучшие времена. Начало правления святителем Филиппом Церковью было мирное; его особенно тогда озабочивала отдаленная пограничная Полоцкая епархия. Но в июле 1567 г. разразилась гроза: было перехвачено письмо короля польского Сигизмунда к московским боярам, в котором он приглашал их перейти па службу к себе. В прежнее удельное время бояре действительно имели право «отъезда», то есть перехода на службу от одного князя к другому. Когда же вся власть на Руси сосредоточилась в руках одного государя, то это древнее право стало равносильно государственной измене. А после «отъезда» князя Курбского в Литву царь огульно заподозрил всех бояр в измене.
В страшном гневе на бояр, царь со всем двором уехал в Александровскую слободу, а расправляться с навлекшей на себя опалу Москвой предоставил опричникам. Опричники бросились грабить население — все улицы были покрыты трупами. Все умоляли митрополита о заступничестве. Он же отвечал: «Я счастлив буду пострадать с вами, вы мой ответ пред Богом, вы мой венец пред Господом». Царю же стал напоминать о его долге милосердия к подданным, но его слова царя только раздражали.
Тогда 21 марта 1568 г., в воскресенье 4-й седмицы Великого поста, он всенародно обратился к царю со словом. «Филипп, — в ярости воскликнул царь, — не противься нашей державе или сложи с себя сан!»
«Я не искал его, — ответил митрополит. — Зачем ты лишил меня пустыни? Если ты хочешь нарушать законы Божественные, делай как знаешь, но мне было бы непростительно ослабевать, когда время подвига приближается».
Царь вышел в страшном волнении, опричники же постарались его окончательно восстановить против митрополита, потому что больше всего боялись его влияния на царя. Но царь не желал нарушать церковные уставы. Он желал, чтобы митрополит был низложен Собором. Обвинители нашлись среди недостойных лиц духовенства, ненавидевших святителя за его строгость. Главным среди них оказался соловецкий игумен Паисий, преемник его по настоятельству. Остальные молчали из страха; тех, кто пытался высказаться за митрополита, не слушали.
4 ноября 1568 г. собрался лжесобор против святителя, но поставить его лицом к лицу с его обвинителями не посмели. Выслушав обвинения, святитель Филипп оправдываться не стал, а только сказал: «Государь! Ты думаешь, что я тебя боюсь или боюсь смерти? Нет, лучше быть неповинным мучеником, чем молча переживать ужасы беззакония!» Он стал снимать с себя знаки своего достоинства, но царь хотел всенародного торжественного низложения.
А через два дня (6 нояб.) был зарублен опричниками единственный его защитник на Соборе — святитель Герман, архиепископ Казанский (память его б нояб.). Вторым открытым сторонником митрополита Филиппа из среды высшего духовенства был Елевферий, архиепископ Суздальский.
8 ноября 1568 г., в то время когда митрополит совершал в Успенском соборе Божественную литургию, двери его шумно растворились и вошла толпа опричников. Богослужение было прервано. Митрополиту был прочитан обвинительный акт и постановление Собора. Потом опричники на него набросились, сорвали облачение, вытолкали из собора, посадили на розвальни и повезли в Богоявленский монастырь. За ним в отчаянии бежала толпа народа, узкая улица перед монастырем была битком набита. Один только митрополит был невозмутим.
Перед входом в монастырь он обратился с последним словом к народу, благословил его, и ворота закрылись за ним. Молча расходился удрученный народ. Через несколько дней произошла очная ставка митрополита с его главным врагом — соловецким игуменом Паисием. В ответ на клеветы своего недо стойного ученика святитель только кротко сказал: «Чадо, что посеял, то и пожнешь». Тогда поднялся невообразимый шум. Все кричали и обвиняли наперерыв святителя во всевозможных преступлениях, особенно в волшебстве. Но святитель уже не отвечал ни слова. Его приговорили к пожизненному заключению в смрадной темнице, в цепях. Но цепи сами собой спали. А привыкший ко всевозможным лишениям подвижник терпеливо переносил голод и грубое обращение. Раз к нему ввели голодного медведя. Утром царь сам пришел к нему, но застал святого узника на молитве, а медведя — спокойно лежащим в углу.
Родственники и близкие люди митрополита погибали в страшных пытках. Отрубленную голову любимого его племянника Ивана Колычева прислали ему в мешке. Митрополит с благоговением принял страшный дар, благословил его и поцеловал. Наконец его сослали в Тверской Отрочь монастырь. Везли зимой в летней одежде и в дороге не давали есть. Но ни одной жалобы не вырвалось у страдальца. Там он провел год.
В декабре 1569 г. царь предпринял поход против обвиненного в измене Новгорода. Из Твери он послал в Отрочь монастырь к заточенному митрополиту самого страшного из своих опричников, палача Малюту Скуратова, якобы за благословением идти царю на Новгород. За три дня перед этим митрополит сказал: «Время моего подвига настало — близка кончина». И когда палач вошел к нему, спокойно ему ответил: «Делай то, что ты пришел делать, и не искушай меня, испрашивая ложно небесный дар!» Тогда Малюта задушил его подушкой, братии же сказал, что владыка умер от угара, и при себе приказал погребсти его без всякого отпевания. Затем поспешно покинул монастырь. Братия были поражены ужасом, но не посмели ничего ему сказать. Это было 3 декабря 1569 г. Но царь никогда не мог простить врагам святого его смерть: совесть мучила его, и всем им пришлось так или иначе искупить свое преступление. Один только Малюта Скуратов не понес в этой жизни никакой кары. Он был убит на войне. Сын и наследник Грозного царя — благочестивый царь Феодор Иоаннович приказал перенести останки священномученика в Соловецкий монастырь, где он и был погребен на месте, избранном им самим в бытность свою игуменом. Тогда же было обнаружено нетление его мощей. В тот же год, в ночь под Рождество Христово, он явился во сне рабочему Василию, придавленному деревом, и сказал ему: «Встань, Василий, будь здоров во имя Господа и ходи!» Больной проснулся исцеленным, стоя на ногах. Также явился он болящему Иоанну, золотых дел мастеру, и перекрестил его больное место со словами: «Ты меня не знаешь. Я — Филипп Соловецкий». И болящий проснулся исцеленным. Инок Георгий, страдавший болезнью ног, исцелился от одного прикосновения к гробнице святого.
В 1648 г. святитель Филипп был причислен к лику святых. А в 1652 г. прибыло в Соловки посольство во главе с митрополитом Новгородским Никоном от имени царя Алексея Михайловича — испросить у святителя прощения в грехе его предшественника, царя Иоанна Грозного, и просить его вернуться в свой кафедральный град — Москву. Встретил святые мощи царь с сонмом духовенства и огромной толпой народа; и во время торжеств, которые продолжались от 9 до 17 июля, по свидетельству самого царя Алексея Михайловича, ни один день не проходил без исцелений, а иногда их бывало до 7 в день. Особенно поразительным было исцеление глухой и слепой боярыни Вельяминовой, страдавшей, кроме того, сильными головными болями. Святитель явился ей во сне и сказал: «Прикажи отвести тебя к моему гробу!»

В Соловецкий монастырь Феодор Колычев, будущий святитель Филипп, направился в 30 лет от роду. Реликвии, связанные с именем святителя и оставшиеся в Соловецкой обители после перенесения мощей в Москву, не сохранились, так как после революции 1917 г. в этих местах расположился лагерь для заключенных. Филиппова пустынь (или скит) находилась в 2 верстах от монастыря.
Мученическая кончина святителя последовала через год после заточения в Тверской Отрочь монастырь, расположенный в Твери. Его губитель Малюта Скуратов вскоре был убит.
Жизнь, подвижничество и гибель святителя связаны с совр. Архангельской епархией (Соловецкий монастырь), Московской епархией (святительская кафедра) и Тверской епархией.

Читайте также:  Материнская Молитва о детях, сыне, дочери и своем чаде
Ссылка на основную публикацию